August 19th, 2017

НЕ КОТОМ ЕДИНЫМ

Оригинал взят у analitic в НЕ КОТОМ ЕДИНЫМ
1547d7309c0332c3f19d9fd8cbcfd0f5cbc9771f

12 августа 1887 года родился австрийский физик Эрвин Шрёдингер. В массовой культуре его имя неотделимо от словосочетания «Кот Шрёдингера», но мы попробуем вспомнить, чем он еще известен: центральным уравнением квантовой теории, мечтами о единой теории поля и первыми предсказаниями молекулярной структуры ДНК.

Первая мировая застала Шрёдингера в самом начале его научной карьеры: в 1910 году он закончил Венский университет, потом несколько лет работал экспериментатором в группе своего наставника Франца Экснера и в 1914 году только получил должность приват-доцента в университете. Шрёдингеру повезло: его определили в артиллеристы и отправили на относительно спокойный участок Юго-Западного фронта Австро-Венгрии, где физику даже удавалось заниматься наукой.

Как это у него получалось — загадка. Работал ли он по ночам или днем — в тревожном мареве неопределенности ждущих боя солдат — об этом нет никаких точных свидетельств, но зато кое-что мы знаем наверняка: за годы войны Шрёдингер так хорошо изучил свежие работы Альберта Эйнштейна по общей теории относительности, что уже в 1918 году опубликовал две собственные статьи по этой теме — кажется, Шрёдингер мог работать почти в любых условиях, и дальше ему это очень пригодилось.


В полной неопределенности
После войны жизнь австрийского физика не стала многим спокойнее. Во-первых, переезды и смены работы — вещь обычная для многих ученых, но все-таки аномально частая в случае Шрёдингера. Вена, Йена, Штутгарт, Бреслау, Цюрих, Берлин, Оксфорд, Грац, Гент, Дублин и наконец снова Вена — вот список основных локаций. В одних местах Шрёдингер проводит всего несколько месяцев, в других — несколько лет, а потом срывается и едет дальше.

Вторая неопределенность — на личном фронте. Ни Эрвин Шрёдингер, ни его жена Аннемари Бертель никогда об этом открыто не говорили, но они скорей были полиаморами, чем строили традиционные моногамные отношения. У каждого из них было немало открытых любовников, а у Эрвина — даже несколько внебрачных детей. Кажется, что оба супруга воспринимали такой брак абсолютно естественным — во всяком случае, они оставались в браке до самой смерти Шредингера.
Collapse )