Лана (liana_lll) wrote,
Лана
liana_lll

Category:

Ветхозаветная Скиния. Часть 2.

Оригинал взят у vedaveta в Ветхозаветная Скиния. Часть 2.




Продолжение, начало по ссылке.


8. НАУЧНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ МОИСЕЯ

В скинии производилось и в ритуальных (а порой и в карательных) целях использовалось электричество. Оно обозначено в Библии словами "огонь от Господа" и "слава".
Описать конструкцию скинии, пригодную для производства электричества, а также облачение первосвященника, пригодное для подачи электрического заряда к люминесцирующим драгоценным камням (об этом будет подробно рассказано в особой главе ниже), "случайно" невозможно. Следовательно, все это было в действительности. Следовательно, был и Моисей. И, конечно, был исход.
Поскольку упомянутые устройства описаны весьма подробно, то записать всё это мог только человек, хорошо представляющий их скрытую суть - ведь для "посторонних" они до сих пор, спустя более трех тысяч лет остаются лишь экзотическими ритуальными вещами. Таким человеком мог быть только тот, кто это придумал, то есть - лично Моисей или, в крайнем случае, его, так сказать, секретарь, например, Иисус Навин, который "не отлучался от скинии" (Исх. 33, 11).
Предположим, что нам в руки попала некая красивая конструкция, весьма подробно описанная, но без разъяснения ее принципа действия. Например, двигатель внутреннего сгорания, но без указания использовать бензин для его работы. Или - компьютер, но без электрического шнура. Что мы можем делать с этими вещами? Только бесконечно любоваться, восхищаться и умиляться мудрости создателя этих загадочных вещей! И еще осознавать собственную ничтожность перед этой мудростью. Да! И еще - бесконечно истолковывать, истолковывать, истолковывать их предназначение... так никогда и не придя к ИСТИНЕ, если... Если в материальных, технических устройствах познавать их духовную, а не сугубо практическую, техническую, научную суть.
Моисей мог оставаться вождем, будучи в глазах народа лишь чудотворцем, а не ученым. Научные конференции посещают единицы, шоу фокусников - миллионы.
То, что Моисей был великим ученым (или, по крайней мере, высокообразованным человеком) не вызывает сомнения: он знал, как добыть, сохранить и использовать электричество из атмосферы, и остроумно воплотил эти знания в ритуальных устройствах.
Между прочим, как раз ученость Моисея лучше других аргументов убеждают нас в египетском "следе" в его биографии. В среде кочевых племен или беглых рабов, коими в то время были евреи, просто не мог "из ничего" появиться ученый. Да, и в Библии он прямо назван египтянином: таковым его восприняли дочери Рагуила-Иофора (Исх. 2, 19) и, наверное же, небезосновательно (по крайней мере, например, по одежде, по языку). Но в любом случае, Моисей, написавший, как считается, Пятикнижие, не счел нужным опровергать мнение о себе, как о египтянине.
Так что же такого нового, революционного предложил Моисей миру взамен языческих (племенных, родовых, городских и государственных) богов?
Так называемые (называемые Библией) языческие боги представляли собой воображаемых существ, которых чаще всего можно было не только вообразить, но и изобразить. Каждый из них отвечал за свою "вотчину": одно или несколько явлений природы или общественных отношений и, главное, за подконтрольную территорию "избранного" сообщества людей (род, племя, город, государство), будучи бессильным на чужой земле, где хозяйничали другие, местные, боги.
Например, исходя из этих представлений, после поражения сирийцев от израильтян в сражении на горе Самарийской "слуги царя Сирийского сказали ему: Бог их есть Бог гор, поэтому они одолели нас. Если же мы сразимся с ними на равнине, то верно одолеем их" (3 Цар.20, 23). Ошибочность подхода с общей меркой к Господу Богу была доказана в следующем сражении - на равнине, где вновь победили израильтяне (3 Цар. 20, 29).
Территориальную ограниченность силы языческих богов можно увидеть в истории излечения Неемана. Этот сирийский военачальник вылечился от проказы по слову израильского пророка Елисея, омывшись в Иордане (4 Цар. 5, 10 - 14). Благодаря этому он "узнал, что на всей земле нет Бога, как только у Израиля" (4 Цар. 5, 15). Чтобы и в дальнейшем поклоняться этому замечательному, но непонятному Богу (а не только своему богу Риммону), Нееман взял с собой в Сирию из Израиля "земли, сколько снесут два лошака" (4 Цар. 5, 17). Сириец поступил так в силу своего языческого миропонимания, как будто имел дело с обычным языческим богом: поскольку каждый бог отвечает за свою территорию, то, если с этой территории взять "горсть" земли, бог вынужден будет последовать за ней, и тогда над этой кучкой земли этому богу можно будет молиться где угодно, и рассчитывать на его помощь.
Моисей же открыл, осознал совсем другого Бога. Пророк видел, что атмосферное электричество (слава Господня) есть повсюду: "славы Господней полна вся земля" (Числ. 14, 21). Бог Моисея был вездесущ, был повсюду, был интернационален, космополитичен. Следовательно, именно этот Бог создал весь мир, все народы: "Вселенную и что наполняет ее, Ты основал" (Пс. 88, 12). Поэтому он сильнее всех, и он отвечал за всё. И в Библии много примеров, когда Бог руководит поступками правителей различных государств и их народами, а не только избранным народом. Например: "Господь переселил Иудеев и Иерусалимлян рукою Навуходоносора" (1 Пар. 6, 15); "Вот, Я пошлю и возьму все племена северные, говорит Господь, и пошлю к Навуходоносору, царю Вавилонскому, рабу Моему" (Иер. 25, 9). Разумеется, он был единственным настоящим Богом (если он отвечал за все, то, что же оставалось остальным богам?). К тому же он был невидимым (электрический заряд невидим). Изобразить электрический заряд невозможно: отсюда и заповедь не изображать Бога (Исх. 20, 4). Даже в глазах непосвященных невозможность изобразить Бога, означающая, что он невидим, делала такого Бога-невидимку несокрушимым, непобедимым, а следовательно, вечным. Он был вечным, так как электрический заряд, как видел Моисей, сколько его не извлекай из окружающего пространства, неисчерпаем. И он был живым, потому что электрический заряд передвигался с предмета на предмет (причем, мгновенно), да и по воздуху метал молнии. А вдыхая электрически заряженные частички пыли, водяного пара, дыша воздухом в котором разлит этот Дух Божий (особенно ионизация ощутима как раз после грозы), человек насквозь пропитывался Богом, и тогда: "И вся внутренность моя - святое имя Его" (Пс. 102, 1).
Моисей не делал различия между светом (свечением) и электричеством, связывая электричество с электрическим разрядом (молнией), а разряд справедливо полагая источником света. Бог-электричество был повсюду, находясь даже в темноте. И оттуда он мог выстрелить разрядом-молнией. Но что - земля, и даже солнце с луной? Звезды тоже светятся, следовательно, и там, в далеких-далеких небесах всё тот же Бог. Из такого понимания Бога родились и эти поэтические строки, от которых, как говорится, мурашки бегают по телу: "Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо, Ты там; сойду ли в преисподнюю, и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря: и там рука Твоя поведет меня, и удержит меня десница Твоя. Скажу ли: "может быть, тьма скроет меня, и свет вокруг меня сделается ночью". Но и тьма не затмит от Тебя, и ночь светла, как день: как тьма, так и свет" (Пс. 138, 7 - 12).
Всесущее присутствие невидимого, всесильного (содержащего в себе все силы природы), единственного и вечного Бога - это поле сил. Пусть Моисей и не знал этого современного термина, но понимал он Бога именно так: Поле Сил, а конкретнее, электрических сил. Это была воистину научная революция, которую до сих пор называют просто переходом от политеизма к монотеизму.
Кстати, Элохим - так называется Бог в Танахе - представляет собой множественное число от Элоаг (или, сокращенно, Эль) - переводится как "сила, сильный, могучий". При том, что Элохим-Силы множественного числа, глаголы, относящиеся к этому слову, в Танахе всегда употребляются в единственном числе. В этом смысле слово "Элохим" можно сравнить, например, со словом "часы" (часы, как устройство). Часы, как вещь в единственном числе, содержит в себе отвлеченное, абстрактное понятие "время", причем содержит и все, какие только возможно, числовые значения этого понятия - часы от 0 до 24 часов суток, причем, и разделенные на сколь угодно малые (измеримые) отрезки времени. Так и Элохим-Бог содержит в себе все, какие только возможно, силы природы, поля этих сил. Поэтому на русский язык евреи переводят Элохим как "Всесильный", а не просто по-язычески, но с большой буквы "Бог". В русском Синодальном переводе Всесильный отличается по написанию от любого из языческих богов лишь величиной первой буквы, что делает их трудноразличимыми по сути, и совсем не отличимыми на слух ("Бог" и "бог").
Моисей не мог не установить опытным путем, что Поле Электрических Сил присутствует повсюду. Но чем ближе к небу, тем ближе к грозовым тучам, тем ближе к Богу. Поэтому Бог нередко изображается в Библии находящимся на небесах, на тучах.
А раз Бог повсюду, то он и Бог всеобщий, хотя и открылся прежде других еврейскому народу. Поэтому этот народ, как народ, изначально идущий впереди других по пути Бога, стартовавший на этом пути на добрую тысячу лет раньше других, назван "царством священников и народом святым" (Исх. 19, 6). Но, поскольку Бог, открытый Моисеем, истинен (Бог часто ассоциируется в Библии с истиной), он, в конце концов, не может не стать Богом всеобщим: "Так говорит Господь Саваоф: будет в те дни, возьмутся десять человек из всех разноязычных народов, возьмутся за полу Иудея и будут говорить: мы пойдем с тобою, ибо мы слышали, что с вами - Бог" (Зах. 8, 23); "Дом Мой назовется домом молитвы для всех народов" (Ис. 56, 7). И это, как считали посвященные, неизбежно (всего в Ветхом Завете стихов об этом 23, а в Новом Завете - 9).
Представление Моисея о Боге, как о поле электрических сил, из-за несформулированности его таким определением, могло трансформироваться у его последователей и в Мировую Душу, и в Мировой Разум, да во что угодно столь же всеобъемлющее и непонятное, отвечающее чувствам, а не знаниям.
Теперь, с учетом этих знаний, по-другому могут восприниматься некоторые загадочные строки Библии. Вот несколько примеров.
"Тогда начали призывать имя Господа" (Быт. 4, 26). Не исключено, что помимо обычной молитвы, обращенной к Богу, это может означать и то, что "тогда", то есть после рождения Еноса, научились извлекать электричество, например, трением. Чтобы утвердиться в этом допущении, достаточно прочитать: "Моисей и Аарон между священниками и Самуил между призывающими имя Его взывали к Господу, и Он внимал им" (Пс. 98, 6). А возможный способ, коим происходил разговор главного священника с Богом в скинии, у ковчега, мы уже выяснили: путем генерирования электрического разряда. Конечно, слово "призывать" не есть синоним "извлекать электрический заряд", поскольку используется в Библии и в других контекстах.
"Покрыло небеса величие Его, и славою Его наполнилась земля. Блеск ее - как солнечный свет; от руки Его лучи, и здесь тайник Его силы!" (Авв. 3, 3 - 4). То есть молния ("блеск ее") - это лишь мгновенно сконцентрированная энергия, которая постоянно, вечно ("здесь тайник Его силы") распределена повсюду 2 ("покрыло небеса... наполнилась земля").
Из научного знания Моисея, что такое Бог, неопровержимо следовало, что языческие боги - ложные. Поэтому Моисей так рьяно, истово выступал против них. Моисей фактически был атеистом. Конечно, он не осознавал этого: отказавшись от языческих богов, он одушевил электричество... Мало ли и сейчас - при современном-то уровне науки и ее реализации в технике - ученых из христианских стран, которые, проникнув в очередную тайну мироздания, восклицают: "Не может быть, чтобы это всё было сомоорганизовано - не иначе тут рука Всевышнего!", - и, понимая нелепость представления о нем, как о дедушке с бородой, называют свой атеизм верой, например, в мировой разум.
Если бы Моисей был, как говорится, кабинетным ученым, его бы вполне устроил атеизм. Но цель Моисея была далека от научной: не признание двух-трех коллег, а распространение истины на всё человечество, начиная, естественно, со своего народа, для чего, в конечном итоге, и понадобился захват земли Ханаан.
А захват чужой земли можно было осуществить только с помощью армии, а лучше - целого народа (то есть армии с женами, детьми и имуществом), чтобы им же и заселить захваченную землю, создав полноценное, независимое государство, так как только в собственном государстве можно рассчитывать на господство собственной идеологии: "не выгоню их от лица твоего в один год, чтобы земля не сделалась пуста и не умножились против тебя звери полевые: мало по-малу буду прогонять их от тебя, доколе ты не размножишься и не возьмешь во владение земли сей" (Исх. 23, 29 - 30).
А народ можно было подчинить себе, чтобы отправить на войну, только напугав его до смерти всесильным, всеприсутствующим, вечным и единственным Богом, так как "без откровения свыше народ необуздан" (Прит. 29, 18). Для этого понадобилась скиния.
С другой же стороны, только сорвав народ с насиженного места, можно было очистить его сознание от местных богов. Отсюда - исход из Египта. Этому, возможно, поспособствовала и перенаселенность (Исх. 1, 7) земли Гесем в Египте, где жили евреи (Быт. 45, 10; Исх. 8, 22).
Так до Моисея поступил фараон Эхнатон, вводя монотеизм в Египте, - основал новую столицу, где ничто не напоминало о прежних (языческих) богах. Однако, после его смерти жрецы старых богов восстановили язычество. Это объясняет, почему целью Моисея, наученного горьким опытом Эхнатона было основание полноценного государства на новом месте и тотальное уничтожение приверженцев и, особенно, жрецов языческих богов, жестокость по отношению к отступникам из своего народа.
Но этого мало - надо было время, чтобы в сознание народа проникла и устоялась в нем новая вера. Отсюда - необходимость сорокалетнего странствия: "И помни весь путь, которым вел тебя Господь, Бог твой, по пустыне, вот уже сорок лет, чтобы смирить тебя, чтобы испытать тебя и узнать, что в сердце твоем, будешь ли хранить заповеди Его, или нет" (Втор. 8, 2). А пустыня - чтобы контакты с приверженцами других богов были минимальными и не отвлекали от обучения истинной вере; чтобы даже не видеть идолов чужих богов, привыкнуть к тому, что Бог не имеет изображения.
Не будет лишним повторить, что захват Ханаана - земли, "где течет молоко и мед" (Исх. 3, 8), которая была "как сад Господень, как земля Египетская" (Быт. 13, 10), - не просто ради комфортной жизни, а прежде всего "дабы закон Господень был в устах твоих" (Исх. 13, 9): "И дал Я вам землю, над которою ты не трудился, и города, которых вы не строили, и вы живете в них; из виноградных и масличных садов, которых вы не насаждали, вы едите плоды. Итак бойтесь Господа и служите Ему в чистоте и искренности; отвергните богов, которым служили отцы ваши за рекою и в Египте, а служите Господу" (Иис. Н. 24, 13 - 14). Именно, чтобы сохранить в чистоте учение о едином, всемогущем, невидимом, вечном, всеприсутствующем Боге, и требовалось создать собственное государство, и пришлось "освободить" от местных жителей плодородную землю: "А в городах сих народов, которых Господь, Бог твой, дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души; но предай их заклятию: Хеттеев и Аморреев, и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, как повелел тебе Господь, Бог твой, дабы они не научили вас делать такие же мерзости, какие они делали для богов своих, и дабы вы не грешили пред Господом, Богом вашим" (Втор. 20, 16 - 18).
Наука потребовала жертв. И одержимый идеей электрического Бога Моисей без колебаний принес ей множество человеческих жертв. Да, разве мало в Истории примеров, когда во имя благородных идей совершались чудовищные преступления?
Итак, электрическое поле стало для евреев Богом.
В книге М. Льоцци "История физики" приведен ход рассуждения ученых, занимавшихся исследованием электричества в XVIII в. Когда предположения об электрической природе молнии подтвердились при извлечении электричества из грозовых облаков (Б. Франклин) и тем более из атмосферы при ясной погоде (Л.Г. Лемонье), то уже можно было не сомневаться, "что вся природа стала электрической" (цитата из XVIII в.). Далее стоит привести цитату из упомянутой книги, как бы продолжающую рассуждения из XVIII в.: "А если вся природа электрическая, то и жизнь человека, как физическая, так и духовная, должна определяться течением по жилам этого таинственного вещества". Не так ли должен был думать и Моисей, зачарованный повсеместным присутствием электрических "славы" и "огня"? Искренне ли верил Моисей, что это проявления Господа, или внушал это соплеменникам по необходимости как-то доходчиво им эти явления объяснить, или попросту использовал авторитет высшей силы в корыстных интересах? Или - всё вместе?
Но вправе ли мы приписывать Моисею, жившему в XIII в. до н. э., мысли "электриков" XVIII века?
Предположим, что планета Земля разделена "железными занавесами" на несколько изолированных друг от друга частей. И что, за каждым "занавесом" откроют свой собственный закон тяготения, или что-то еще? Нет, везде будут открыты одни и те же законы природы - рано или поздно (в XIII в. до н. э. или в XVIII в. н. э.). И таких примеров "изобретения велосипедов", и без занавесок, известно масса. Но, чтобы открыть одни и те же законы, надо и рассуждать одинаково.
Вот почему можно быть уверенным, что и Моисей думал, что "если вся природа электрическая, то и жизнь человека, как физическая, так и духовная, должна определяться течением по жилам этого таинственного вещества".
И вот, как это же записано в Библии последователями Моисея вплоть до последователей Иисуса Христа:
"Дух Господень говорит во мне, и слово Его на языке у меня" (2 Цар. 23, 2);
"Благословлю Господа, вразумившего меня; даже и ночью учит меня внутренность моя" (Пс. 15, 7);
"И вся внутренность моя - святое имя Его" (Пс. 102, 1);
"Светильник Господень - дух человека" (Прит. 20, 27);
"Господь часть моя" (Плач. 3, 24);
"Скажет Он во мне" (Авв. 2, 1);
"Царствие Божие внутрь вас есть" (Лук. 17, 21);
"Я и Отец - одно" (Иоан. 10, 30);
"Я в Отце, и Отец во Мне... Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела" (Иоан. 14, 10);
"Бог в нас пребывает... мы пребываем в Нем и Он в нас" (1 Иоан. 4, 12 - 13);
"Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?... а этот храм - вы" (1 Кор. 3, 16 - 17);
"Ибо вы храм Бога живого, как сказал Бог: "вселюсь в них и буду ходить в них"" (2 Кор. 6, 16).
"Один Господь... один Бог и Отец всех, Который над всеми, и чрез всех, и во всех нас" (Еф. 4, 5 - 6).
Вот такие выводы...
Однако, все эти рассуждения красивы и, может быть, верны, но пока умозрительны. Критерий же истины - практика. А ведь что-то до сих пор не слышно о "воздухоэлектростанциях". Есть тепловые, водяные, атомные, ветровые, даже волновые (морские), а электростанций, черпающих электричество прямо из воздуха, как это якобы делал Моисей, нет. Так, может быть, и Моисей не мог этого делать, коль при современном уровне развития техники подобного не делается?
Вот в уровне-то все и дело! К примеру, и в лаптях сейчас никто не ходит не потому, что не умеют их делать и никогда не делали, а потому что технология изготовления обуви ушла далеко вперед от лаптей. Так и с Моисеевой "электростанцией" случилось. Для массового потребителя нужно электроэнергии много и сразу, стабильно, постоянного напряжения и переменного тока. Ни одному из этих требований атмосферное электричество не удовлетворяет.
Напряжение электрического поля атмосферы всего порядка 100 В на 1 м высоты у поверхности земли, и с высотой быстро убывает. Причем оно неравномерно не только по поверхности земли, но и по времени суток и года, зависит и от солнечной активности и, разумеется, от погоды. Все это сейчас хорошо известно. Тем не менее, сразу за первыми опытами по извлечению электричества из грозовых облаков и из воздуха при ясной погоде начались попытки реализации идеи добычи этой дармовой энергии. Однако указанные недостатки и поворот к преобразованию неисчерпаемой, как казалось, тепловой энергии, энергии падающей воды и, наконец, энергии атома надолго задвинул атмосферное электричество на задворки Истории.
Итак, в Библии имеются косвенные свидетельства использования атмосферного электричества евреями в религиозных целях, начиная с Моисея (XIII в. до н. э.). Описанные в Библии устройства (скиния, двор скинии) пригодны для генерирования и использования электроэнергии. Научные открытия нового времени подтверждают принципиальную возможность применения этих устройств для указанных целей.
Библейские свидетельства невольно дополняет еврейский историк Иосиф Флавий в собственных описаниях указанных устройств (в том числе храма).
Благодаря научному открытию Моисеем Бога, познать которого можно только интеллектуально, а не органами чувств, евреи намного опередили свое время.
Из-за того, что Моисей был вынужден умолчать об истинной сущности своего Бога, то после его смерти его религию можно было трактовать по-разному, и из-за этого она претерпела трансформацию. Так, сам Моисей точно знал, что Бог - поле электрических сил, проявляющееся молнией (небесной и "живущей" в скинии) и "славой" (об этом будет подробно сказано ниже). И о Боге из Пятикнижия Моисеева можно составить вполне конкретное, соответствующее этому, можно сказать научное, представление. А вот пророки, не будучи потомками Аарона, не будучи священниками, посвященными в тайну скинии и храма (и лишенные возможности жить с жертвоприношений), больше упор делали на духовно-нравственном его понимании. Их книги не такие конкретные, зато намного образнее. И завершает развитие Иисус Христос, апостол Павел и иже с ними, которые об электрическом Боге практически и не вспоминают, а во главу угла ставят нравственность, духовность.


9. РАЗГОВОРЫ МОИСЕЯ С БОГОМ

Сначала цитаты:
"Там Я буду открываться тебе и говорить с тобою над крышкою, посреди двух херувимов, которые над ковчегом откровения, о всем, что ни буду заповедывать чрез тебя сынам Израилевым" (Исх. 25, 22).
"Когда Моисей входил в скинию собрания, чтобы говорить с Господом, слышал голос, говорящий ему с крышки, которая над ковчегом откровения между двух херувимов, и он говорил ему" (Числ. 7, 89).
А что такое голос Бога, прямо написано в Библии - это гром, сопровождающий молнию:
"И звук трубный становился сильнее и сильнее. Моисей говорил, и Бог отвечал ему голосом" (Исх. 19, 19); "Возгремел на небесах Господь, и Всевышний дал глас Свой" (Пс. 17, 14); "Глас Господа высекает пламень огня" (Пс. 28, 7); "Господь Саваоф посетит тебя громом и землетрясением, и сильным гласом, бурею и вихрем, и пламенем всепожирающего огня" (Ис. 29, 6); "Вот, имя Господа идет издали, горит гнев Его, и пламя его сильно, уста Его исполнены негодования, и язык Его, как огонь поедающий" (Ис. 30, 27); "И возгремит Господь величественным гласом Своим и явит тяготеющую мышцу Свою в сильном гневе и в пламени поедающего огня, в буре и в наводнении и в каменном граде" (Ис. 30, 30). Даже во времена Иисуса Христа гром воспринимался некоторыми людьми, как голос Бога: "Народ, стоявший и слышавший то, говорил: это гром; а другие говорили: Ангел говорил Ему. Иисус на это сказал: не для Меня был глас сей, но для народа" (Иоан. 12, 29 - 30).
Можно предположить, что кончики оперения распростертых крыльев, выступающие части лиц херувимов представляли собой острия, пригодные для стока электрического заряда в окружающий воздух. Скиния была постоянно электрически заряжена, и не исключено, что заряд передавался (посредством скрытого проводника) и на ковчег. Как мы уже знаем, в святое святых все время было темно, а в темноте сток электричества проявляется свечением - так называемые огни святого Эльма. Поскольку такое свечение, к тому же сопровождаемое потрескиванием, родственно молнии, то оно, несомненно, должно было и восприниматься, как проявление, присутствие Бога. А собственно характерное потрескивание - как голос Бога.
В отличие от природной молнии, сопровождаемой громом, о котором говорится, что "возгремел... Господь", тихое потрескивание разряда над херувимами похоже на негромкий разговор, шепот. Бог нашептывал что-то священнику. Это означало дружеское, доверительное отношение Бога к собеседнику. Не грозный приказ повелителя, а неспешная беседа "устами к устам" (Числ. 12, 8) и "лицем к лицу" (Исх. 33, 11)... А значит, Бог любит... Но не всех, а только избранный народ, среди которого он спокойно разговаривает над крышкой ковчега. А для остальных народов, и в случае нарушения завета избранным народом - только "возгремит". Об этом сказано было пророку Илии: "И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра".
Моисей знал, что если ковчег не заряжен, то нет и Бога над крышкой ковчега. Такое по необходимости случалось во время перехода с одной стоянки на другую. Ведь при переноске ковчега носильщики вынуждены были прикасаться к нему: они несли святыню на плечах (Числ. 7, 9), держась за обложенные золотом шесты, которые были вдеты в золотые кольца, прикрепленные к золотым стенкам ковчега.
Естественно, в таких случаях, во избежание поражения электричеством, ковчег не должен был быть заряжен - Бог как бы покидал его. "Когда поднимался ковчег в путь, Моисей говорил: восстань, Господи, и рассыплются враги Твои, и побегут от лица Твоего ненавидящие Тебя! А когда останавливался ковчег, он говорил: возвратись, Господи, к тысячам и тьмам Израилевым!" (Числ. 10, 35 - 36). И громыхающий с небес для врагов Бог возвращался к избранному народу в образе спокойного электрического свечения и мирного потрескивания.
Ситуация, когда ковчег следовало разряжать (при переноске), что означало бы оставление ковчега Богом, отражена в следующих словах Бога, которые, если не знать об электрических свойствах скинии, выглядят весьма странно: "И пошлю пред тобою Ангела... ибо Сам не пойду среди вас, чтобы не погубить Мне вас на пути... если Я пойду среди вас, то в одну минуту (мгновение - евр. пер.) истреблю вас" (Исх. 30, 2 - 5).
Особое внимание обратим на одно условие явления Бога: "над крышкою Я буду являться в облаке" (Лев. 16, 2). Тут, очевидно, имеется в виду облако от благовонного курения, проникающее в святое святых с жертвенника для курений: "И положит курение на огонь пред лицем Господним, и облако курения покроет крышку, которая над ковчегом откровения, дабы ему не умереть" (Лев. 16, 13). Это облако распространялось и за пределы скинии: "И покрыло облако скинию собрания, и слава Господня наполнила скинию" (Исх. 40, 34); "Ибо облако Господне стояло над скиниею днем, и огонь был ночью в ней пред глазами всего дома Израилева, во все путешествие их" (Исх. 40, 38); "В тот день, когда поставлена была скиния, облако покрыло скинию откровения, и с вечера над скиниею как бы огонь виден был до самого утра. Так было и всегда: облако покрывало ее днем, и подобие огня ночью" (Числ. 9, 15 - 16).
Теперь, когда мы знаем об электрической природе свечения скинии ночью, становится понятным, почему, во-первых, оно было только ночью (а днем - дым, который, наоборот, как раз ночью плохо различим), а во-вторых, если "огонь был ночью в ней", то почему скиния была в огне, но не сгорала. Недаром этот огонь порой называется в Библии "славою", то есть свечением, а то и прямо указывается, что этот огонь не был настоящим пламенем: "как бы огонь" и "подобие огня".
Поскольку молния без туч не бывает, то и в скинии, над крышкой ковчега, где электрическим свечением давал о себе знать Бог, должен был присутствовать и дым - вот, его специально и производили постоянным курением благовоний на жертвеннике. То есть в святое святых искусственно создавали "как бы" грозовую тучу, говоря научным языком, ее действующую модель - жилище Бога. Иначе Бог мог и не прийти.
Но как не бывает дыма без огня, так и огня - без дыма. Эта народная примета справедлива, как ни странно, и в отношении огней святого Эльма. Дело в том, что частички сажи, из которых состоит дым - отличный проводник электричества 3 , и дым поэтому мог способствовать лучшему, более надежному проявлению Бога в виде свечения над крышкой ковчега. Более того, как раз тогда, когда священник входил в святое святых, туда поступала свежая порция дыма, его концентрация в воздухе увеличивалась и свечение могло усиливаться. Бог как бы живо реагировал на входящего, что не могло не вызывать страха, благоговения у человека перед невидимым, но безусловно живым Богом. А возможно, свечение между херувимами и начиналось-то только тогда, когда открывался вход в святое святых и туда поступал дым. Действительно, зачем свечение нужно было бы в пустом помещении, если его никто не мог видеть? Возможно также, что главный священник подключал ковчег к постоянно заряженной конструкции скинии только, войдя в святое святых.
С другой же стороны, непрерывное свечение свидетельствовало о постоянном присутствии Бога, о том, что еврейский народ все время находится под покровительством Создателя. Ночью светилась вся скиния, но днем-то свечение исчезало, зато в темном помещении святого святых его можно было наблюдать постоянно, в любой момент. И пусть об этом знал только один человек - главный священник, но он это знал точно и ничего не придумывал, когда повторял слова Бога: "буду ходить среди вас, и буду вашим Богом, а вы будете Моим народом" (Лев. 26, 12). Ведь Бог, действительно, ходил среди евреев! Священник видел собственными глазами свечение - признак присутствия Бога в скинии, над крышкой ковчега, среди херувимов. Языческие же боги были привязаны каждый к своей территории.
"Устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях, и образ Господа он видит" (Числ. 12, 4 - 8).

Продолжение следует...
Tags: Библейские пророки, Скляров
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments